Рябов Б. А. "Утренние повести"

Шкаредный Н. Уроки жизни: [О книгах Б. Рябова] //Рябов Б.А. Утренние повести.- Котлас: ИПП «Правда Севера», 2006.- С.5-12.

УРОКИ ЖИЗНИ
(О романе Бориса Рябова «Утренние повести»)

     В нашей многогранной и быстротекущей жизни судьба одного человека, что песчинка в поле, вроде бы незначительна и не приметна. Но, не будь этих самых песчинок, и не состоялось бы поля. Не было бы поля, что нас кормит хлебом насущным, не было бы и урожая. Не было бы урожая, не было бы жатвы. Той самой счастливой жатвы, о которой так много, трогательно и правдиво пишет архангельский писатель с всесоюзным именем Борис Александрович Рябов.
     Судьба одного человека - не предмет рассмотрения, если рассуждать по принципу: один в поле не воин. А он один, один за рабочим столом и, оказывается, воин. Воин не только на литературном фронте, но и в жизни, когда приходится бороться не только с равнодушием людей. Но судьба писателя высвечивается другими контурами - героями его новелл, повестей и рассказов. Он, писатель, живет их жизнью, живет среди них, он переживает вместе с ними взлеты и падения, вместе с ними радуется и печалится. С того дня, как вошел Борис Рябов в литературу, он не может быть одиноким. Писателю этого не дано! И он счастлив, что его окружающий мир, как добротный деревенский дом, наполняют люди.
     Борис Александрович, как и его герои, бывает улыбчивым и грустным, вспыльчивым и спокойным, но он никогда не бывает равнодушным, ибо равнодушным не дано быть талантливым. Талантливым во всем: в семье; в школе, где он после окончания историко-филологического факультета Архангельского педагогического института преподавал историю, географию и литературу, а перед переходом на «писательские хлеба» четыре года работал директором средней школы №4 в Коряжме; в литературе, которую выбрал на всю последующую жизнь.
     Наверно, он и сам не помышлял, что когда-нибудь основательно сядет за писательский стол. В институте редактировал так, больше для интереса, а может быть, просто ради любопытства (получится ли?) - студенческий журнал «Молодость».
     Получилось! Значит, что-то могу, что-то умею! Стал сам осваивать пробу пера. Там и задумал свою первую повесть. Даже вчерне написал ее. Но ни себе, ни другим не признавался, что сделал первый шаг. Писал и переписывал долгими ночами, вспоминая родную деревню Наволок, что прижалась одним плечом к хаминовскому крутику, другое развернула в сторону поля да леса, а лицом повернулась к тогда еще полноводной, сплавной, своенравной реке Виледи.
     Он никогда не придумывает своих героев. Он пишет их портреты, как говорят, с натуры. Колхозников - с людей вилегодских, близких и родных ему по духу, сплавщиков - на примере запани Шипицыно, где довелось преподавать после института, да запани Усть-Виледь, что раскинулась в устье реки его детства - Виледи, героев-лесозаготовителей он открыл в Удиме, где работал в школе и где встретил свою надежду и любовь - Тамару Васильевну. Там в декабре 1967 года сыграли свадьбу. С тех пор живут Рябовы душа в душу. Сына и дочку вырастили, выучили, на ноги поставили. Александр - ведущий инженер - программист АСУП на Котласском ЦБК, а Аня - инженер-конструктор на одном из заводов города Кирова. Как говорит Борис Александрович, оба технари. А Тамара Васильевна дополняет:
     - Мы оба педагоги. Оба в школу пришли по призванию. Иначе бы я не отработала 39 лет с детьми. Да и Борис, практически, не ушел из школы. В его повестях и рассказах дети часто выступают в роли главных героев. Возьмите хотя бы его рассказы, вошедшие в книгу «Подлесок», или повесть «Ранние заморозки».
     Вот как представляет эту повесть в первом номере литературно-художественного журнала «Север» за 1984 год известный архангельский литературовед Шамиль Галимов: «Молодой писатель Борис Рябов, например, в своей недавней повести «Ранние заморозки» смело обращается к исследованию самих истоков сиротства в современных условиях, к выявлению причин, деформирующих детство, порождающих семейные драмы, ломающих нормальные человеческие отношения. Сам автор причины этих явлений обнажает глубже. Он связывает их с общим недостатком духовности в жизни отдельных семей, с низкими обывательскими интересами. А это создает питательную почву для развития многих отрицательных склонностей: тяги к потребительству, к легкой жизни, к постоянным увеселениям и, в конечном счете, к тяжелым формам пьянства. Так создается атмосфера, ведущая к падению нравственности, атмосфера, глубоко враждебная детству и истинной человечности».
     Он долго боролся с самим собой: дано ли ему право учить людей, спорить со своими героями, в чем-то поддерживать их, в чем-то осуждать? Потому так долго, как признается сейчас, писал для себя, чтобы облегчить душу, которая упорно и настойчиво просила слова. Он, как парашютист перед первым прыжком в голубое небо, ведущее к земле, к людям, основательно взвешивал свои силы и свои возможности. К сожалению, и сегодня в литературе есть проходные фигуры и случайные люди. Он не хотел оказаться ни проходным, ни тем более случайным. Борис Рябов вышел к читателю уверенным шагом и с первого печатного слова утвердился как большой литератор, которому есть чем поделиться с читателями.
     Архангельский литературовед-критик Шамиль Галимов продолжает свое исследование: «Б.Рябов правдиво показывает тяжкие внутрисемейные распри, различные случаи развала семей, порождающие сиротство. Не останавливается он и перед изображением трагических ситуаций. Сюжетная основа «Ранних заморозков» - будни детского дома. Чувствуется, что автор хорошо знает жизнь детей, заботы учительства, родительскую среду. Он сам много лет проработал учителем...». Известный московский писатель и критик Семен Шуртаков приглашает молодых прозаиков на страницах «Литературной газеты» (25 февраля 1987 года) на учебу в творческую мастерскую писателя Бориса Рябова, в которой на примере нескольких начинающих авторов показывает как можно кратко и талантливо прописать запев произведения. Статья называется «Сколько лет Красной Шапочке?»
     Не могу не привести из нее несколько абзацев. «Еще одно начало - на сей раз начало повести архангельского прозаика Бориса Рябова с непритязательным названием «Деревенька». «Федор проснулся, когда солнце соскользнуло с опечка и косой дорожкой легло на половики... Он оперся рукой о косяк, посмотрел в окно на деревенскую улицу, хотя знал, что никого в этот час не увидит.
     Едва заметная в разнотравье тропинка, минуя дом с заколоченными окнами, сторонясь покосившихся изгородей, тянулась к крыльцу дома, в котором жила Настасья... Когда Федор и Настасья остались в Подболотье одни, так уж повелось, что утро начиналось у них со взгляда на дым: вьется над крышей - значит, жив сосед, справляет обычные дела. Сегодня дыма не было».
     «Как видим, общий тон повествования здесь, - продолжает Семен Шуртаков, - более спокойный и обстоятельный и словесного материала на «запевку» ушло значительно больше. Но уж зато как «широкозахватно» и серьезно начато! Никакой дешевой «завлекательности», никаких нарочитых «непонятностей», долженствующих (по мнению некоторых авторов) возбудить любопытство читателя. Каждая строка, каждое слово несут определенную информацию, и все вместе звучат как бы прелюдией к каким-то драматическим - судя по последней фразе - событиям».
     Так был представлен наш писатель-земляк на всесоюзной арене. Это признание не вскружило голову, Борис Александрович не позволил себе «купаться» в лучах славы всеобщего признания. Он был и остается трудоголиком в высоком звучании этого слова. Он хорошо понимал, что в литературе, как и в физике, ничто не берется ниоткуда и не уходит в никуда, Он знал, что первая высота самая опасная: один неосмотрительный шаг, одна небольшая по отношению к себе вольность, и можешь сорваться в пропасть обыкновенного житейского бытия. Он и сам опасался этого, потому так не охотно соглашался на встречи, участие в конференциях и дискуссиях, где ему предлагали быть Богом и судьей. Он держался в тени, чтобы лучи славы не «сожгли» его писательское перо. И оказался прав. Опыт и знание, глубокое изучение психологии и умение идти от правды к правде обеспечили Борису Александровичу Рябову его плодотворное литературное долголетие.
     Первая книга прозы «Ранние заморозки» тогда молодого автора вышла в Северо-Западном книжном издательстве в 1982 году. В нее вошли две повести - «Ранние заморозки» - о сложных драматических судьбах детей-детдомовцев, о людях, помогающих детям в пору человеческого становления, и «Сергеич», в которой автор раскрывает нравственную сторону отношений между людьми. Главный герой повести ищет дорогу к нормальной человеческой жизни, к счастью и любви.
     В 1985 году в московском издательстве «Современник» выходит его новая книга под скромным названием «Деревенька». В нее вошли повести «Деревенька», «На русле», «Сергеич» и рассказ «Декабрьское утро». В этом издании Борис Рябов объединил произведения, посвященные жизни русского Севера, И как продолжение этой темы и повести «Деревенька» он публикует в №11 журнала «Север» за 1985 год повесть «Счастливая жатва». В 1996 году в мартовском номере журнала «Север» он предложил читателям повесть «Дорога в Ильинскую», за которую был удостоен литературной премии им. Федора Абрамова.
     Книга Бориса Рябова «Подлесок» вышла из печати в 1989 году в Северо-Западном книжном издательстве. Уже первый рассказ «Я - Колька?» ставит перед читателями вопрос о становлении подрастающего поколения. Подлесок - в данном случае производное от слова подросток. Все рассказы этой книги подчинены одной задаче - показать мир человека, решающего: делать жизнь с кого? «Первое слово», «Кешка», «Ревизия», теплый «Подсолнушек» и, конечно же, «Ранние заморозки». И все о детях и для детей. В 2005 году он выступает в коллективном сборнике коряжемских авторов «Журавли над Вычегдой» с рассказами «Великий пост», «Памятник», «Коська», который по праву можно назвать маленькой повестью.
     Новую книгу «Утренние повести» Борис Рябов завершает повестью «Опавшие листья», в которой прослеживает судьбу школьников Толика и Ани, педагогов - Марины, Риты и Аркадия. Но где-то за гранью житейских будней все ярче проступает фигура Виктора. И снова жизнь на изломе. Снова трудное решение: как быть? Аня тоже мечется, хотя ее взрослая жизнь еще впереди. Автор терпеливо и последовательно ведет нас от просто Ани к звучному взрослому имени Анна Борисовна.
     - Ну, Анна Борисовна, с такими учениками ты не соскучишься! - сказал Толя и ускорил шаги к школе.
     С такими героями, которых вывел на сцену повествования Борис Рябов в этой книге, действительно, не соскучишься. Каждый из них индивидуален и по-своему интересен. Писатель Федор Абрамов в книге «Так что же нам делать?» писал: «Всем хочется правды - и нет сил постоять за нее». Герои Бориса Рябова умеют постоять за правду. Такой он рисует «подвальную девчонку» Ларису в «Оборванной повести». Таким он выводит в повести еще одного своего героя - Николая, который, вернувшись из тюрьмы, определяет свои жизненные устои: «И сам себе вынес приговор очень суровый. Пожизненный». Он же: «В любви надежней всего доверие». И далее: «Я привык судить о людях, сначала посмотрев им в глаза»…
     Читатели в своих отзывах подчеркивают правдивость литературных произведений Бориса Рябова, их действенность, прозрачность и яркость языка. Он убеждает нас в том, что еще в детстве формируется твердость и непреклонность волевого характера, жизненная позиция, что позволяет его героям преодолевать личное горе. Писателю удается избежать схематизма в обрисовке второстепенных персонажей. Главные действующие лица им написаны сочно и убедительно. Я не даю подробного анализа образов и художественных достоинств «Утренних повестей» Бориса Рябова. Пусть о достоинстве новой книги, прочитав ее, скажет сам читатель. Хочется лишь подчеркнуть возросшее мастерство Бориса Александровича, умение воспроизвести подлинную, народную, живую речь, проявить зоркую наблюдательность писателя.
     Борису Рябову работается легко, так как он родился и вырос на архангельской земле, в небольшой деревеньке-колхознице, знает жизнь и быт села, нужды и заботы землепашцев и сплавщиков, лесозаготовителей и педагогов. Он знает психлогию детей и школу. Поэтому правдиво и открыто пишет характеры своих героев.
     Верность правде, вытекающая из глубокого проникновения в существо жизни, в соединении с лирическим пафосом, с присущими автору, ясностью и четкостью композиции, завидным искусством ведения диалога - вместе составляют обаяние его произведений, позволяющее говорить о незаурядном творческом даровании писателя.
     Почти десять лет Борис Рябов не публиковался в печати. Это была большая творческая перемена писателя-педагога. Но он не изменил литературе, не изменил своему читателю, не изменил своему девизу: ни дня без строчки. Писал, шлифовал написанное, рисовал новые сцены и эпизоды, выстраивал диалоги. Его герои, которые пришли к нам с этой книгой, все эти годы жили в нем, призывали к раздумьям и новым подходам подачи литературного материала. Пять повестей, как пять уроков. Но не школьных уроков, а уроков большой и такой непредсказуемой жизни. И вот прозвенел звонок: книга сложилась.
     «Утренние повести» открывает повесть-лауреат «Дорога в Ильинскую». А за ней - «Под одной крышей», «Оборванная повесть», «На обочине», «Опавшие листья». Главное звучание этих произведений: человечность, искренность, надежность, дружба, соучастие, взаимопонимание, становление и, конечно же, взрослеющая юность. Через все повести проходит поэтическая, страстная любовь - цвет нашей жизни. Присутствует, как и в предыдущих его работах, вечная тема: отцы и дети. Автор тонко рисует психологические портреты своих героев. Один из героев «Оборванной повести» говорит: «Самое ценное, что есть у человека — это он сам». Этот человек ждет встречи с вами.

Николай Шкаредный. Член Международной ассоциации писателей


«« назад