Рудакова Г.Н. Цветок лазоревый

Слов родных золотая вязь-
(О поэзии Галины Рудаковой)
У меня культовое отношение к Русскому Северу. Он - моя религия. Молитвенная связь с ним - с его красотой и чистотой - питает мою душу.
Многое в нашей стране развеяно и размётано. Но Русский Север сумел сохранить ключевые ценности нации. Он наша память. Недуг амнезии нельзя одолеть без него. Уповаю на Русский Север!
Тем дороже мне голос Галины Рудаковой. Он звучит с берегов Северной Двины - из ныне почти обезлюдевших мест. Читая её стихи, я вспоминаю воспетую Николаем Клюевым Красную Лягу на Каргопольщине: там среди пустого пространства стоит шатровый храм - один-одинёшенек, вокруг ни души. Голос Галины Рудаковой я сопрягаю с этим храмом.
Красная Ляга на расстоянии помогает россиянам.
Галину Рудакову слышат!
Не всё потеряно – надежда всё-таки есть – отчаиваться не надо.
В поэзии Галины Рудаковой я обретаю духовную поддержку. Нить преемственности! Идущая от Михаила Ломоносова, она пронизала поэзию Николая Рубцова – оба многим обязаны Северной Двине. Казалось бы, навсегда ускользнувшая, она подхвачена и укреплена Галиной Рудаковой.
Идя вдоль этой нити, я попадаю в космос русского крестьянства.
Галина Рудакова - его поэт.
Хотелось сказать: последний поэт! Но ведь это говорили и о Сергее Есенине, и о Николае Клюеве, и о Николае Рубцове. Не спешили мы с некрологами нашей деревни?
Как не перемалывали крестьянство, оно явило поразительную живучесть. Галина Рудакова тому живое свидетельство. В её душе сохранно пребывают накопления веков. Поля книги – как граница сруба: внутри стоит ключевая прозрачность. Пей и высветляйся!
У Русского Севера был иммунитет против сил распада и разложения. Он сохранил высокий нравственный строй. Отзывчивость, участливость, сердечность – вот его этические императивы. Всё это есть в стихах Галины Рудаковой. Они лучатся добротой. Искренность их абсолютна. Эти качества кажутся реликтовыми в нашем холодном и жестоком мире. Поэтому поэзия Галины Рудаковой имеет особую значимость в масштабе всей России. Быть может, она согреется у далёкого двинского костерка? И снова станет душевно щедрой, человечной?
Поэзия Галины Рудаковой – как прозрачнейшее стекло, обладающее магической силой: припадая к нему, вижу пространство избы – всматриваюсь в бесценные детали.
А в избе у тебя – тени прошлого зыбки,
В потолочине низкой – колечко для зыбки,
В ней когда-то тебя
с тихой песней качали,
а твой рост на дверном косяке отмечали.
Изумительные стихи! Каждая подробность в них несёт огромный эмоциональный заряд. Потому и навёртываются слёзы.
В микрокосме избы текла мудрая, размеренная, опытом веков проверенная жизнь. Северный крестьянин крепко стоял на земле. Хозяйство велось рачительно. Поэтому находились средства, которые вкладывались в красоту. Недалече от Галины Рудаковой находится Пермогорье с редкостной по красоте церковью XVIIв. Её воспел И. Э. Грабарь. А какие прялки там делались? Сирины на золотистом фоне: от них веяло сказочным духом. А расписные туеса? А яркие вышивки?
Всё это окружало Галину Рудакову с детства. И вошло, впиталось в её стихи.
Важно подчеркнуть: в этих стихах нет никакой стилизации. Они предельно естественны.
Вот хорошая задача для краеведа: составить словарь Галины Рудаковой. Народная речь – поморьска говоря – входит в её стихи сама собой: как дыхание. Или как сердцебиение. Нарочитой игры диалектизмами тут нет и в помине.
На каждой ветви-зимы прибасы.
То есть украшения. Баской – красивый.
Иногда свои стихи Галина сопровождает примечаниями. К примеру, колоритное слово «иссада» поясняется так: «место, куда приставал пароход, чтобы выпустить пассажиров, когда ещё не было пристаней». Сразу встаёт целая картина: двинский берег – череда сёл и деревень – высадка пассажиров по шатучим мосткам. Видите среди них Николая Рубцова?
Простая деревенская жизнь предстаёт у Галины Рудаковой в ореоле поэзии.
А муж с утра уже топит баню
И дров играючи
                           наполенил.
Наполенил: до чего же звонкий глагол!
Галине Рудаковой отпущен дар живописания словом. Многие её стихи – как свежие этюды:
Здесь в сугробах увяз каждый кустышек,
Утонула деревня в снегу.
Дом родной, словно старец, окуржовел,
Унимая метелей разгул.
Внизу сноска: окуржовел - покрылся изморозью. Но в самом слове что-то есть морозное, льдистое! Будто оно сплошь покрылось мохнатым инеем.
И ведь сколько подобных набросков с натуры – точных и выразительных – рассеяно в стихах Галины Рудаковой! Это мастер пейзажной лирики. Образы быта ей тоже удаются:
Словно в одном карандашном рисунке:
С бабушкой мы за столом своедельным.
Мама в жакетке, с хозяйственной сумкой...
Будто перебираешь старые коричневые фотографии! Забытая деревенская жизнь проходит перед тобой в своей непритязательной, но такой пронзительной и трепетной красоте.
Галина Рудакова – русская крестьянка. И большой русский поэт. Она не любит идиллий и буколик – в её стихах много горькой правды. Но много и света! Он бьёт из двух источников: это сказочное прошлое – и это чаемое будущее. Оно есть у России. В этом меня убеждает поэзия Галины Рудаковой.
Юрий Линник, поэт, филолог, доктор философских наук

«« назад